Странный город

Я сидел на Крещатике, рядом с Бесарабским рынком и вдыхал проступающий из-за потусторонних границ осенний холодок.
Пуская струйку пара в свой пижонский шарф, я про себя улыбался тому человеку, которым стал.

Моё первое знакомство с модной псевдо-интеллигенцией(к которой я сейчас себя причислял) произошло приблизительно через месяц после моего переезда в столицу.
Я сидел возле университета и пил пиво с еще плохо знакомыми мне однокурсниками. Мы несли друг другу всякий бред, о бывших своих достижениях на стезе искусства, выдуманные истории, из жизни, показывающие, что оказывается, на самом деле, все здесь присутствующие достойны орденов и званий. Я, как и все, пытался строить из себя офигенного, искрометного парня, и то же трепал всякую ерунду. Потом наступил момент, когда каждому надо было выдумывать новые сказки, потому что подготовленный запас лапши кончился. Я попытался разрядить наступившее неловкое молчание и выдал что-то вроде: «…Ну и работу не плохо было бы найти»… Высокий, довольно миловидный парень напротив меня оживился и предложил: «Сегодня я буду работать на показе у Гапчука, там не хватает троих ребят твоего телосложения. Пойдешь? Двадцать баксов». Я не сильно понял, о чем он сказал. «Показ», «Гапчук», «Мое телосложение», и за что «Двадцать баксов»?
Как выяснилось «Гапчук» это известный модельер, который в тот вечер показывал свою новую коллекцию на годовщине модного, глянцевого журнала. А Денис(так звали парня), предлагал идти, вместе с ним, к этому «Гапчуку» моделью.
У меня, как у «пацана», который только приехал из периферии и только вчера перестал вкапывать рогами в асфальт быков-авторитетов, которые «чисто, реально стоят на этом районе» в который я «ёбаный нефор-пидарас» не в то время зашел, это вызвало не однозначную реакцию.
«Да я что, по его мнению, и правда гей!!!» прозвучала в голове первая мысль. «Не, ну все-таки двадцать баксов не помешают» перекрыла вторая мысль первую. «Да в принципе будет, наверное, интересно глянуть, как вся эта котовасия выглядит изнутри». Это последнее, что мелькнуло у меня в голове, перед тем как я ответил: «Можно было бы, а когда заплатят?. Сразу? И куда приходить?».
Примерка, куча пафоса, незнакомые люди, мои старания выглядеть так, как будто ничего особенного не происходит, и вот я уже сижу в кресле и меня «рисует» приятная и веселая женщина визажист. После нанесения макияжа я стал почему-то похож на Фреди Меркурии(правда без усов). Если не брать это во внимание, то наведенные глазки, нежно-розовые губки, тона тонального крема на личике, как-то не понятно уложенные волос делали меня безумно привлекательным(к сожалению не для женщин).
Шоу начиналось. Мы с Денисом стояли в главном зале, где был накрыт шикарный фуршет, с яствами и напитками, которых я не видел и тем более не пробовал. Компанию нам составляли две профессиональные модели, предположительно мужского пола. Несмотря на всю их внешнюю значимость, они тоже приехали на метро.
— Слушай, — обратился один из них к другому, тоном который я слышал только по телевизору, — а у кого ты делал прическу? Так класненько!!!
Второй, надменно повернулся к зеркальной стенке, поправляя волосы, и назвал какую то фамилию. Первый начал охать и ахать, по всей видимости, этой фамилией обладал некий модный парикмахер(в молодость наших отцов их называли целюрниками, а в наше время они гордо именуют себя — стилистами).
Я более или менее понял, о чем речь, но тут моя гадкая натура, настойчиво заставила ляпнуть: «А я вот у мамы, позавчера под машинку постригся. Она у нее новая и совсем волосы не скубет. И насадки разные есть. И вообще она очень дорогая». Модели покраснели, очень многозначительно хмыкнули.
Возмущенно мотнув головами в противоположную от меня сторону, они направились в гущу уже собравшихся бизнесменов в дорогих, но так плохо сидящих на них костюмах, их потрепанных жен, теле ведущих, политиков, и звезд-однодневок, которые по всему их виду и манерам поведения, представляли собой просто дорогих шлюх.
Мы с Денисом подошли к столу, нализались виски(которое я кстати там попробовал в первый раз), потом шлифанулись коньяком и пошли демонстрировать всей собравшейся братии костюмы, который на нас напялили в начале вечера.
Два раза с довольным выражением рыла я прошел туда-сюда по подиуму, это как раз оказывается и есть «дефиле»(не знаю, заметил ли кто-то что я уже достаточно охмелел). После всего этого цирка я снова прокурсировал к столам, где влил в себя еще грамм триста водки, заедая её ананасами, которые поначалу принял за вареный картофель.
Не став дожидаться окончания этого Содома, я подкатил к организатору, попросил расчет. Получив обещанные деньги, сбросил с себя костюм, смыл в туалете грим, смочил водой и растрепал волосы. Проходя через зал к выходу, я улыбнулся и махнул на прощание Денису. «Надо будет поблагодарить его завтра за эту халяву» — подумал я, оказавшись на улице, и еще раз посчитав полученные деньги.
Помнится, над головой ярко светила луна. Шла вторая половина осени, и было уже довольно прохладно. Было принято решение погулять еще пару часов. Хмель быстро выходил из головы и когда я проходил Arena City” до меня донеслись звуки песни, исполняемой коллективом «Бумбокс», который я любил до усрачки. Кто не знает — здание “Arena City” образует круговую постройку, в центре которой есть довольно обширная площадка, где тогда частенько происходили концерты.
Так было и в это раз. Понятно, что для простых смертных туда дороги не было, но я отыскал место, где между ограждением и рекламными щитами видно было сцену. Я стоял и подпевал ребятам как тут в занятом мной проеме, оттуда, из мира богатых и успешных выпорхнула девочка. Она зашла за рекламный щит, вытянула сигарету и втянула в себя дым. На ней был очень сексуальный и необычный костюм, видимо сегодня она работала украшением действа. Она спрятала сигареты и делая еще одну затяжку обернулась в мою сторону(между нами было метра три).
— Привет — улыбнулась она мне.
— Здравствуй — ответил я и тоже улыбнулся.
Она хотела было еще что-то сказать, но тут появился какой-то фотограф, и начал щелкать, а она по долгу службы выкинула папироску и начала позировать. Пока этот полудурок, помешавший нашему более близкому знакомству, пару секунд искал ракурс, она пошевелила губами и развела руками. По губам я прочитал «извини». Я махнул рукой и сделал какой-то непонятный для самого себя жест, что мог означать примерно: «Не парься baby, свидимся». Затем я очень круто одернул воротник своей косухи и подмигнул ей, оборачиваясь, чтоб уйти. Она послала мне в след воздушный поцелуй и я исчез из её взгляда, и её жизни также быстро, как и появился, навсегда и бесповоротно, растворившись в осени.
В тот вечер я наскреб у себя в блокноте:

Но вся эта гребаная позолота, стихов и звона гитары моей не перевесила.
Ложью глаз моих усталых окна не завесила.
Это странный город. Это страшный город.
Но здесь признаться весело.